Unlock

С самого нашего рождения нас, в первую очередь, знакомят с ЗАПРЕТАМИ: «не трогай», «не лезь», «не иди»,.. «нельзя!». Нас учат сдержанности, учат держаться рамок (а, вырастая мы осознаем, что живем в «ограниченной» стране). Перед нами строят стены, ставят в них двери,.. но последние, закрыты. И казалось мы обречены коротать свое существование в этой тесной комнате.

Мы находим силы, находим ключи, чтобы открыть замки. Мы бежим из своих комнат и оказываемся в других, с теми же стенами, с теми же дверьми. Проходим и их. Встречаем других людей запертых в своих тюрьмах. Мы берем их с собой, или присоединяемся к ним, или же наши пути расходятся, но мы идем дальше.
Новые стены, новые двери, новые люди…
Мы движемся. Мы верим, что этот лабиринт закончится. Мы движемся и верим. Мы...

Проходит время, но мы все же движимы своей целью. Кто-то усомнился и остался в «прошедшей» комнате, но это нас не останавливает. Нас еще много. У кого-то кончились силы, но это нас не останавливает. Нас, пока, много.
Каждая новая комната кажется нам последней. И вот снова дверь в «последнюю» комнату. Перед нашим взором голые стены, не кирпичной кладки, не потрепанной временем штукатурки, лишь бесконечный белый свет, словно стен и во все нет. Но мы чувствуем их присутствие…
В центре комнаты сидит старик со связкой ключей в руках. Он спрашивает нас, откуда мы. Мы отвечаем, что прошли тысячи комнат в надежде найти выход, но мы оказались здесь.
Старик окидывает взглядом толпу таких же уставших, как и он, стариков и снова задает вопрос:
- А что в других комнатах?
Мы мопчим и опускаем лица. Мы слишком огорчены тем, что эта комната действительно последняя для нас. Старик, перебирая пальцами ключи, понимает наше молчание по своему и тоже огорчается. Может, разрушились его грезы и представления о том, что могло скрываться за дверьми его комнаты, а может он сожалел о том, что так и не осмелился совершить путешествие по комнатам. Мы не узнаем этого, старик заберет свои мысли с собой…
Но ведь и мы не расскажем ему, что видели в других комнатах и так же заберем несказанное с собой…
Ведь в последней комнате все должны молчать.

(Размышляя, молча…)
Как жалко, что нам дано так мало времени. Сколько комнат мы смогли бы пройти, и, кто знает, возможно, нашли бы то, что искали. Но нам дали очень мало времени.
Мы двигались, оставляя за собой открытые двери, из которых лился яркий свет, как нам казался мнимый и потому не наш. Мы двигались за внутренним зовом… И совсем не заметили нашей силы, наших главных возможностей: способности ломать, открывать, разблокировать замки… замки границ.
Если сами не могли этого сделать, то находили помощь в лицах людей встретившихся нам на пути. Иногда это были одиночки, а иногда и целые группы.
Нами двигала жажда достижения цели («последней» комнаты), их же цель помогать нам в этом…
Они могли дойти с нами до конца, могли покинуть, присоединившись к отделившейся от нас группе. Они могли просто развеяться в воздухе… Они могли это, ведь они независимы (от нас). Мы благодарили их ха помощь, каждый труд должен быть вознагражден (и бывало, нам казалось, что лишь из-за награды они шли с нами, но слишком сильно они были отданы своему ремеслу, и потому сомнения рушились, как замки в их руках).

…И вот когда мы опустили головы перед стариком, лишь одни они не расстроились. Прошли вперед, став отдельной группой, и стали глазами «поедать» белые стены, словно их нет. Взору этих людей открывались иные коридоры и двери…
По-моему им нет конца…

Ромас (с) 16 Фев, 2009
 (695x130, 27Kb)